7 цитат о природе нарциссизма

7 цитат о природе нарциссизма

7 цитат о природе нарциссизма

Ненси Мак-Вильямс описывает личность с нарциссическим расстройством как «организованную вокруг поддержания самоуважения путём получения подтверждения со стороны», уточняя, что речь идёт о людях, для которых эта задача затмевает все остальные, а не о просто чувствительных к критике или похвалам. «Озабоченные тем, как они воспринимаются другими, нарциссические люди испытывают глубинное чувство, что они обмануты и нелюбимы».

В DSM-V симптомы расстройства включают:

А. Значительные нарушения функционирования личности, которые проявляются:

  1. Нарушения в собственном функционировании (а или б):

а. Идентичность. Чрезмерная опора на других при самоопределении и регуляции самооценки; Неадекватная самооценка, которая может быть завышенной или заниженной, а также колебаться между крайностями; эмоциональное состояние отражает колебания самооценки.

б. Опора на себя. Целеполагание основывается на получении признания от других; Личные стандарты неоправданно завышены для ощущения себя как исключительного, либо занижены, на основании чувства, что человеку все что-то должны; Зачастую не осознают собственных мотивов.

И

  1. Нарушения межперсонального функционирования (а или б):

а. Эмпатия: Нарушенная способность признавать или идентифицироваться с чувствами и потребностями других; чрезмерно настроены на реакции других, но только если они воспринимаются как имеющие отношение к себе; пере- или недооценка собственного влияния на других.

б. Близость: Отношения по большей части поверхностны и нужны для обслуживания регуляции самооценки; Взаимность ограничивается небольшим истинным интересом к другому и преобладанием необходимости личной выгоды.

Б. Патологические черты личности в следующих областях:

  1. Антагонизм, характеризующийся

а. Грандиозностью: Чувство, что тебе все что-то должны, явное или скрытое; эгоцентризм; уверенность в собственном превосходстве; снисходительное отношение к другим.

б. Привлечением внимания: чрезмерные попытки привлечь внимание и быть в его центре; поиск восхищения.

Однако давайте присмотримся пристальнее к этому феномену.

Культурно-исторический контекст

Согласно исследованиям социо-культурных феноменов (Margherita Spagnolo Lobb «Now-for-next»), 50-70-е гг. XX века считаются эпохой нарциссического общества. В послевоенные годы в обществе быстро возникают устремления к персональной самореализации.

Интересы человека направлены на собственную личность, с противостоянием и охлаждением ко всему, что касается принадлежности.

И тогда человек со злостью, а затем с эйфорией, быстро восстанавливает ту свободу, которую он принес в жертву из-за потребности в безопасности.

«Делай сам» становится моделью познания и самореализации. Успех, совершенство и независимость – вот составляющие идеальной картинки, к которой стремится общество того времени.

В психологическом плане, на фоне экономического и технического бума, ценой за успех является потеря интимности и эмоциональной чувствительности. Родители всё время заняты тем, чтобы «пробиться», подняться по социальной лестнице, они – боги для своих детей, но на отношения совсем нет времени. Да и эмоции в этой системе ценностей не важны – эффективность превыше всего.

Такие родители не поддерживают право ребенка на ошибку.

И тогда у детей, воспитанных в нарциссическую эпоху и нарциссическими родителями, возникает расщепление: с одной стороны, ребенок, вырастая, тоже должен быть богом, чтобы стать ближе к родителю; с другой стороны, себя он воспринимает как некий фейк, пустышку. У него синдром мыльного пузыря: снаружи нарциссический идеал, внутри — переживание собственной никчемности и самозванства.

И в нашем современном обществе нарциссическая структура опыта у ребенка развивается в похожих семьях.

Давайте рассмотрим подробнее, как складываются отношения в такой семье.

Семейный контекст (психоаналитическая модель)

Согласно психодинамическому подходу Кохута и Миллера к феномену нарциссизма, мать видит своего ребенка не таким, какой он есть, а таким, каким ей надо, чтобы он был.

Нарциссический ребёнок достаточно умён, чтобы понять: чтобы увидеть любовь в глазах матери, он должен делать то, что ей нужно, что ей нравится. Он – блестящий, одаренный ребёнок. И он очень хочет, чтобы его мать была довольна и счастлива.

Мать видит в ребенке возможность удовлетворения своих амбиций. Каждый раз, когда ребёнок проявляет себя спонтанно, маме это не нравится. Когда же он хорош для неё, она его хвалит. Отсюда формируется расщепление в идентичности: «Идеальное Я» сталкивается с одобрением, «Реальное Я» — с пустотой и отвержением.

Вырастая, такой ребёнок не может быть спонтанным, у него формируется «false self» (ложная самость).

Феноменологически, в поле нарциссического человека чаще всего присутствует нарциссическая триада: стыд, унижение, грандиозность.

False self = Shame + Humiliation + Grandiosity

Стыд – за любое спонтанное, истинное проявление; унижение – когда кто-то видит и идентифицирует («уличает») его в этом; грандиозность – как компенсаторная реакция для избегания первых двух переживаний. В популярной психологии этот феномен называют «нарциссические качели».

Человек с нарциссической структурой опыта развивает способность хорошо чувствовать нужды других. Он знает, что нужно другому, и как ему это дать. И он не знает реального себя.

Блестящий, привлекательный, грандиозный, соблазнительный снаружи, и грустный, никому не нужный таким, как он есть, внутри. Реальный, «спонтанный Я» – это жертва, принесённая на алтарь потребности быть принятым.

Человек с нарциссической структурой опыта влюбляется, когда ему кажется, что полюбили его сокровенное.

  Но рано или поздно в отношениях он неизбежно сталкивается с тем, что партнер просит его о чем-то, что он сам делать не хочет.

И тогда партнёр становится как будто хотящей чего-то матерью, что воспринимается как тотальное отвержение, и сопровождается невозможностью находиться в этих отношениях.

Этот механизм защиты – идеализация/обесценивание – исходит из самой сердцевины его опыта. Он так нуждается быть принятым и разделенным в своей настоящести, спонтанности, что это нужда тяготеет к потребности в безусловном принятии, которое, увы, невозможно в принципе. Но он внутри так истосковался по этому, что готов поверить, что новый партнер будет тем самым, кто вернет его в рай.

И он идеализирует партнера, возносит его на небеса. Начало романтических отношений с нарциссом – это что-то сказочное и прекрасное, воспетое в кинематографе и литературе как идеал отношений, к которому всем нужно стремиться: принц на белом коне, Ричард Гир из «Красотки», блистательный миллионер, снизошедший до простой девушки и проч.

Только в жизни вместо «и жили они долго и счастливо» следом за романтической сказкой начинается драма. Потому, что любая дифференциация, критика или малейшая фрустрация воспринимается им как тотальное отвержение, вызывает много боли, которую он не может показать партнеру.

И единственный способ спастись для него – это обесценить партнера, низвергнуть его с пьедестала на землю, да пожёстче, чтобы тот почувствовал ту боль, о которой сказать невозможно. И уйти, резко и безвозвратно.

Если же он остается в отношениях, то они чаще всего развиваются по сценарию, о котором я расскажу ниже. 

Есть такая поговорка: «У нарциссов тёплые руки и холодное сердце». Он убежден, что должен заботиться о партнере, решать все проблемы, уметь делать все, но истинная близость как будто невозможна.

Гештальт-подход

Когда человек с нарциссической структурой личности подходит к full contact (полному контакту), где нужно отпустить себя, свою гордость, сделать свои границы проницаемыми, отдаться близости – этого не случается.

Он ясно говорит, чего он хочет, его границы ясны и осязаемы. Но когда дело доходит до необходимости отпустить себя, чтобы получить новый опыт – этого не происходит.

Ему не сложно влюбиться – ему сложно оставаться в отношениях. Если он остается в них, то потому, что не хочет ранить другого – он просто дает то, что другому нужно. Он хорошо этому научился в детстве. Но внутренне он живет с ощущением «Все они одинаковые. Никому неинтересен я таким,  какой я есть внутри».

Нарциссический опыт может быть депрессивным: у такого человека часто есть чувство, что он все знает наперед, и ничего никогда не изменится.

Ему тяжело поверить, что кто-то (психотерапевт в том числе) может ему помочь. Они идут в терапию, когда самая известная и привычная схема их жизни может рухнуть.

Маргарита Спаньоло Лобб приводила в пример случай клиента: у него есть жена и 2 любовницы, и жена выгоняет его из дома, и он может потерять семью.

Или бизнесмен, который владел компанией, и вдруг наступает кризис и он вынужден ее закрыть.

Это – самый сложный момент для нарцисса. Если есть риск, что может быть разрушен их имидж, их выстраиваемое годами «Я», то от непереносимости стыда возможны нарциссические суициды.

Важность имиджа – базовая особенность нарциссического опыта. Но такой человек не знает, кто он есть в глубине, на самом деле.

Источник: https://zdorovo.live/psihologiya-i-psihiatriya/7-tsitat-o-prirode-nartsissizma.html

Нарцисс: другая сторона

7 цитат о природе нарциссизма
anastasiya_umНачала в сообществе deti_trawmatiki серию постов о нарциссизме. Буду сюда дублировать.Я часто встречаюсь с пониманием нарциссизма, как абсолютного зла, калечащего жизни всем, кто рядом. Особенно детям, т.к. они самые беспомощные и уязвимые.

И в этом есть большая доля правды: в значительной степени выраженный нарциссизм действительно делает человека нечувствительным к чужой боли, а, значит, неспособным эту боль не причинять. Но есть другая сторона. Делает это человек не от хорошей жизни, не ради удовольствия, а из собственной крайне трудно переносимой боли.

То, что нарцисс делает с партнером или ребенком лишь в небольшой степени отражает то, что он делает с собой. И это вызывает мое огромное сочувствие к этим людям. Это не отменяет боли тех, кто оказывается в отношениях с таким человеком.

Неоднократно я видела перед собой женщин, вышедших из отношений с нарциссом и пытающихся залечить полученные в этих отношениях раны, детей, выросших в нарциссических семьях. И все же далеко не все травмы людям наносят нарциссы. И мне кажется важным разделять.

Ведь делая из нарциссов величайшее из зол, мы создаем ярлык, клеймо, которым после раним других людей и ранимся сами, если слышим о себе это слово. Я встречала людей, которым их терапевты говорили об их характере как нарциссическом и это становилось дополнительной раной. Я читала тут посты людей, стремящихся избежать этой “заразы” в отношениях со своими детьми.

Отсутствие же четких критериев вместе с популярностью термина, делают задачу по избеганию проявлений нарциссизма непосильной, и мало возможным уважительное и доброе отношение к себе при наличии некоторых черт, свойственных “нарциссам”.

И это основная цель этого цикла постов: рассмотреть феномен нарциссизма с разных сторон, чтобы быть способными не только осуждать, но и сочувствовать, не только злиться, но и жалеть, не только бояться но и понимать таких людей. Относиться к ним и к собственным нарциссическим проявлениям добрее и уважительнее.

В каждом из нас есть нарциссические черты: тут и желание чувствовать себя ценным, желание получать уважение, признание от значимых людей, чувствительность к оценке и критике, стремление к успехам и достижениям в различных областях. И эти черты полезны для приспособления к жизни.

Патологическими же проявления нарциссизма становятся, когда озабоченность поддержанием самоуважения затмевает другие задачи настолько, что человека можно считать поглощенным исключительно собой. Как правило отделением нормы от патологии занимаются профессионалы: психологи, психотерапевты, психиатры.

Далеко не все страдающие отсобственной не ценности люди являютсянарциссически-организованными. «В отличие от классического невротика, считающего себя ничтожным, ненужным и незаслуживающим любви и принятия окружающих, нарцисс находится в конфликте междуощущением собственной ничтожности и величия.

Если невротик убежден, что он«неценный», то нарцисс только догадывается и пытается с этим ощущением бороться, доказывая всему миру обратное либо своими безостановочными достижениями, либо депрессией. В отличие от невротика, он способен на открытую критику, подавление, борьбу за власть, несущую признание» (И.Млодик).

Еще одно принципиальное отличие в том, что нарциссы в большинстве своем не насыщаемы, а невротическая неспособность ценить себя поддается постепенным изменениям именно за счет накапливаемого в отношениях опыта ценности. Далеко не всегда первых можно легко отличить от вторых.

Я буду публиковать сюда тот материал, который набрался у меня за несколько лет работы, по возможности снабжая его литературными иллюстрациями и примерами. С удовольствием буду обсуждать написанное и отвечать на вопросы, если знаю ответ. Люблю обсуждения и дискуссии, часто в них формулирую что-то по-другому, понятнее и для других и для себя. Буду рада, если коллеги присоединятся к обсуждению.

anastasiya_umНачало здесь

“Я умер от малярии в болотах Сингапура”

Эти слова Мелькиадеса из романа Маркеса “Сто лет одиночества” всегда пробирали меня до мурашек. В них есть что-то такое… Во-первых, чудовищная путанница времен. О своей смерти невозможно сказать в прошедшем времени. Но есть еще “во-вторых”. Оно заключается в том, что возможно.

Только не офизической смерти, а о близком к тому душевном переживании. Происходит это, когда реальное “я” человека переживается столь ничтожным и незначимым, что практически умирает. Это невыносимо чувствовать и чтобы выжить человек создает раздутый, грандиозный фасадный образ себя.

Это может быть образ сильного, смелого, успешного, заботливого – не в этом суть. Главное, что этот образ должен быть совершенным, без изъянов. И пустить кого-то вглубь, за пределы внешней картинки, или даже заглянуть самому – это почти что увидеть умирание собственной души. Умирание той ее части, которая способна любить, верить, привязываться.

“Почти”, потому что она еще жива, но заперта в такой далекой темнице, что ни у кого, если не приглядываться, не возникает и мысли о ее существовании. А расти и развиваться она может только в солнечном свете любви и поддержки. Как любой ребенок.

Как происходит в семейной системе формирование такого “раздвоения” на скрытую чувствующую и внешнюю фасадную части. Обратимся к выдержкам из книги Стефани Дональдсон-Прессмани Роберта М.Прессман “Нарциссическая семья: диагностика и лечение”.

Одна из особенностей таких семей – недоступность родителей в эмоциональном плане, невозможность поговорить о чувствах.Одна девушка рассказывала про свою семью: «С родителями можно было про разбитую коленку поплакать. В семье никогда не было плотного психологического контакта – обсуждения проблем, прийти к маме за советом. Сейчас проще.

Родители и не отталкивали, но и не хотелось. Казалось, что они не поймут. С подружкой проще. Мама транслировала «надо быть независимой», а ведь не пойдешь плакаться, раз независимая уже. Сейчас получше, потому что независимость, о которой говорилось уже есть.

»Со временем у ребенка может сформироваться вывод, что его чувства имеют небольшое значение или даже являются вредными. Он начинает отделяться от чувств, терять контакт с ними. Часто такое отрицание чувств более удобно для ребенка, поскольку их выражение только ухудшает ситуацию.

Вместо понимания, признания, и утверждения своих потребностей, у малыша развивается преувеличенное ощущение значимости своего влияния на потребности его родителей.

Это начало, где начинается разделение на незначимую часть (собственные переживания) и часть грандиозную (где есть ощущение власти и влияния на происходящее с родителями)Из природного желания ребенка нравиться родителю (на котором, к слову сказать, основывается бОльшая часть воспитания), ребенок пытается угодить, угадать, что надо сделать.

Такие родители и между собой тоже часто не говорят о чувствах и выражают свои желания косвенно “Вот бы кто-нибудь накрыл на стол”.Приобретая крайнюю форму, неспособность к выражению чувств, затруднённое описание эмоций, слабое различение телесных ощущений и эмоций, перерастают в “бессловесность чувств”.

Неспособность описать словами свои эмоции ведёт к неумению их распознавать. Окружающий мир теряет эмоциональную окраску и становится исключительно событийным. Человек перестаёт понимать сущность событий и явлений, тем самым лишаясь личного опыта. Он оказывается вне ситуации, поскольку не умеет адекватно реагировать на те или иные события.

И начинает нуждаться в “списке правил”, регулирующих те или иные жизненные ситуации.

Собственный внутренний мир превращается для ребенка (а после и взрослого) в TerraIncognita. При этом реальные эмоции и переживания никуда не исчезают, просто они становятся недоступны для сознания, вымещаясь в область бессознательного. Буквально, не понимая, что происходит внутри него, выросший человек мыслит догадками, когда мнимое становится реальным, а реальное – мнимым. Повседневная жизнь проходит под знаком крайней субъективности и кажущейся внутренней пустоты.

Page 3

anastasiya_umЗапись в терапевтическую группу “Нежные вещи” закрыта.

Но для желающих присоединиться к работе одной из моих групп, остается экспресс-группа первой ступени по гештальт-терапии.

Источник: https://anastasiya-um.livejournal.com/211902.html

Нарциссическая ярость

7 цитат о природе нарциссизма
natakholina

    Несколько цитат из доклада ЕФПП Люка Мойсона «Нарциссическая ярость в теории и практике» (здесь – полный текст доклада)

«Нарциссическая ярость возникает во многих формах; однако, все они имеют специфический психологический оттенок, который отводит им отличительное положение в обширной сфере человеческой агрессии.

Жажда мести, исправления зла, уничтожения обиды, совершаемые любыми средствами и глубоко укорененное, неумолимое принуждение в преследовании этих целей, которые не дают покоя тем, кто пострадал от нарциссической травмы – таковы характерные черты нарциссической ярости во всех ее формах, отличающие ее от других видов агрессии.” (Kohut, 1978) …

Согласно Кохуту, стыд и гнев являются продуктами дезинтеграции гордости и самоутверждения, при наличии серьезных нарушений в развитии самости.

В ответ на фактическую или ожидаемую травму, человек либо стыдливо уходит (бегство), либо впадает в ярость (борьба). Стыд относится к безграничному эксгибиционизму грандиозной самости, а гнев связан с иллюзией всемогущества.  …

Наиболее характерное проявление нарциссической ярости подразумевает полное пренебрежение разумными пределами, при этом разъяренный человек будет демонстрировать беспокойное, необузданное стремление бороться с преступлением и таким образом мстить.

Согласно Кохуту, нарциссическая ярость возникает как результат “бессилия“…. Нарциссическую ярость, таким образом, можно интерпретировать как примитивную защиту от признания собственных ограничений, от осознания того, что полный контроль невозможен, и что я – это несовершенное существо в мире других несовершенных существ.

Кернберг подчеркивал (Kernberg, 1970), что нарциссические проблемы следует рассматривать как нарушение образа самости (self-image), сопровождающееся специфическими проблемами в объектных отношениях, концентрирующимися вокруг зависти. Зависть очевидным образом обнаруживается в переносе. Сочетание зависти и обесценивания Кернберг интерпретирует как упорную защиту от чувств зависимости и от созидательного потенциала терапии.

Страх зависимости является следствием серьезной оральной депривация в первые годы жизни и приводит к непреодолимой агрессии, которая может быть обусловлена конституцией или являться следствием депривирующего окружения.
Нарциссичная психика обращается с этой агрессией посредством примитивных защитных механизмов, недостатком интеграции, используя диссоциацию и чередуя состояния Эго при восприятии себя и других.

Наибольшее сопротивление этому типу лечению можно встретить у тех, кто фиксирован на своей архаичной потребности во всемогуществе и полном контроле.

Нарциссическая ярость обусловлена травматичными ранами, нанесенными в раннем детстве. Кернберг и Мелани Кляйн рассматривали нарциссическую (или оральную) ярость и зависть как следствие детской фантазии о том, что мать агрессивно отказывает в удовлетворении.

Патологический нарциссизм в раннем детстве является следствием хронически холодной, неэмпатичной заботы родителей, лишавших своих детей любви и внимания, необходимых для безопасного развития.

Нарушения в отношениях матери и ребенка приводят к воссоединению образов самости и объекта, вызывая диффузию идентичности и формирование грандиозной (нарциссической) самости. Так возникает конфликт поколений (Berman, 1990).

Фиксация происходит, когда ребенок встречает массированное неодобрение или пренебрежение, вместо внимания и поддержки, необходимых для развития стабильных, либидинальных представлений о самости, которые интегрируются в самосознание человека.

В представлении Кернберга о нарциссическом семейном цикле, родительская фигура (как правило, мать или суррогатная мать), на первый взгляд, хорошо функционирует, но демонстрирует черствость, безразличие и злобную агрессивность. Мать часто слишком вкладывается в жизнь своего ребенка, считая его своим продолжением и используя для своих нарциссических нужд.

Если предыдущие поколения имели дело, в основном, с невротическими проблемы, т.е. с проблемами, вызванными подавлением сексуальности, агрессией, силой и властью и безжизненностью, то теперь мы гораздо чаще сталкиваемся с серьезными проблемами диффузии идентичности, при которой пациенты переживают и расщепляют свое социальное окружение на черное и белое.

Ощущение пустоты, невозможность почувствовать жизнь, глубокое чувство одиночества и сепарационная тревога являются центральными темами.

Эти невыносимые чувства часто устраняются посредством разрушительного поведения по отношению к самому себе (самоистязание, тяжелые расстройства пищевого поведения, неоднократные суицидальные попытки) или посредством чрезвычайно агрессивного поведения по отношению к другим людям.

Нарциссическая ярость, возникающая в больших масштабах на начальной стадии терапии (в частности, у нарциссов, которые функционируют на явно пограничном уровне), отличается от гнева, который всплывает как часть проработки нарциссических травм на более поздних этапах терапии.

Поспешные и явные проявления нарциссической ярости существенно угрожают терапии.

Столь быстро возникающие приступы ярости характерны для нарциссичных пограничных пациентов с антисоциальными чертами или перверсиями с явно садистическими элементами, а также для подростков с антисоциальным поведением.

С невротическими пациентами обида, стыд, унижение и разочарование по отношению к терапевту носят временный характер и менее интенсивны. Эти реакции остаются связанными со способностью занять независимое отношение к психотерапевту, даже в самые трудные времена, например, когда в переносе оживляются реакции сепарации и скорби.

Во время таких негативных трансферентных реакций, чувства ярости и гнева не приводят к полному обесцениванию терапевта. Для нарциссов, однако, характерно обесценивание и презрение, часто выражаемые как рационализированные “разочарования”.

Они не печалятся и не испытывают страха сепарации в выходные дни или во время перерыва в терапии (Kernberg, 1978).

… С невротическими индивидуумами, инфантильные чувства ярости чередуются с проявлениями любви, благодарности и идеализации, привнесенными чувством вины, и это дает совершенно иную картину переносов. С невротиками агрессивность не является безграничной.

Для нарциссически уязвимого индивидуума, враг, вызывающий архаичную ярость, воспринимается не как отдельный индивидуум, а как разрушительная трещина в нарциссически воспринимаемой реальности. Враг – это мятежная часть расширенной самости, которую он надеется взять под свой полный контроль.

Тот факт, что другой – независим, может думать иначе и иметь иные ценности, делает его врагом.

Хотя мы все реагируем на травмы гневом и стыдом, у людей с такой уязвимостью стыд и ярость проявляются наиболее интенсивно, таким людям нужен абсолютный контроль над архаичным окружением, чтобы они могли сохранять у себя чувство собственного достоинства.

Итог: нарциссическая ярость, главным образом, характеризуется почти ненасытной местью, вызванной чувством бессилия, и защитой от зависимости от других людей. Лишения в раннем детстве приводят к упорному поддержанию грандиозной самости, которая окрашивает качество отношения человека к другим людям.

Нарциссическая ярость отличается от пограничной и невротической ярости интенсивностью и качеством. Специфические зеркальный и идеализирующий переносы у нарциссически уязвимых индивидуумов создают опасности для контрпереноса терапевта.

Спор между Кохутом (эмпатия) и Кернбергом (интерпретация) в какой-то мере показывает различные способы проработки феномена нарциссической ярости.

Источник: http://www.spp.org.ru/page.php?id=210

?

|

natakholina
Анна anna_paulsen  пишет:”Достаточной причиной ухода из терапии является оценка клиентом своего качества жизни как удовлетворительного или хорошего. Во всех остальных случаях, это или неоправданные ожидания, которые не удовлетворяются, и взять ответственность за них клиент отказывается, либо это страх быть собой, проявлять свою уникальность и свои потребности в отношениях.”…”…Я уже слышу, что кто-то возразит  “а мой терапевт мне не подходил” – скорее он просто отказался оправдывать ваши ожидания.Или: “я решил свои задачи за месяц, мне больше не надо” – тогда речь идет не о терапии, а о консультировании или коучинге.

Почему настоящая терапия, приносящая результаты, – долгосрочная? Да потому, что для того, чтобы создать безопасную среду между клиентом и терапевтом, для того, чтобы клиент начал проявлять свои паттерны в здесь и сейчас, так, как он это делает с другими людьми, нужно время.

Доверие для этого никогда не приходит в первую же встречу. Бывает, что клиенты приходят на волне доверия, создав в своем представлении образ терапевта, и полюбив его еще до встречи с ним. Но реальность неизбежно этот образ разрушит, и тогда и нужно будет время на то, чтобы выросло доверие”.

Источник: https://natakholina.livejournal.com/26676.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.