Одинокие люди психология

Одиночество

Одинокие люди психология

В прошлом году сделал любопытное наблюдение. Перед новогодними праздниками создал опрос на тему «новый год это…» До первого числа, пока у всех сохранялось новогоднее настроение, уверенно лидировал вариант: «волшебство и сказка». На втором месте оказался обнадеживающе спокойный: «новая жизнь на новом этапе».

А где-то далеко позади, затерявшись среди других двенадцати вариантов, теснилась «бессмысленная условность». Когда массовый психоз новогоднее настроение закончилось, начиная со второго января рейтинги стали быстро меняться. В итоге победила «новая жизнь на новом этапе». «Волшебство» ушло на второе место.

А вот «бессмысленная условность» с незначительным отставанием вдруг очутилась на третьем почетном месте – и думаю, продлись опрос еще с неделю, переместилась бы на второе. Вывод? Люди верят, или очень хотят верить в волшебство и сказку. А столкнувшись с реалиями, зачастую разочаровываются.

Мы все стремимся к счастливому единству, родству и пониманию – в этом наше новогоднее волшебство и сказка. А разочаровавшись, ощущаем собственное экзистенциальное одиночество и «бессмысленную условность» всех мероприятий по всеобщему сближению.

Что такое одиночество?

Представьте, что вы – последнее живое существо во вселенной. Не с кем поговорить, никто с вами не ссорится, никто не развлекает. Другие больше на вас не влияют, не разделяют своего знания, не пугают и не радуют. Вы – в пустом мире. Представили?

В одиночестве у большинства людей возникает такое каверзное ощущение, словно больше никогда и ничего нового в этой жизни уже не случится, словно все светлое и нагруженное смыслом в этот момент из реальности навсегда исчезает.

При этом мы как бы чувствуем, что знание и свет смысла могут исходить только извне, словно мы сами – это такая пустая и темная коробка, а все лучшее, что мы имеем, получено от других.

И стоит нам остаться наедине с собою, как весь наш «наносной» свет тут же начнет рассеиваться.

Впечатления – это пища и воздух личности. Однако впечатления происходят не где-то снаружи, они происходит внутри нас – в нашей психике. Мы кормим свою личность впечатлениями, которые сами же и вырабатываем. Внешний мир – это ключ, он вскрывает информацию, которая в нас уже заложена.

О проекциях на progressman.ru написано немало статей. Сильно повторяться не стану. Суть в том, что переживания, которые мы испытываем с другими людьми – это действительно лишь наши переживания.

Окружающие в этом смысле – просто проводники к нашим внутренним ресурсам. Свет единства, который мы испытываем в компании родственных душ, исходит из нашего нутра.

Внешний мир – холст, по которому рисует наш разум.

Однако в вопросе «потребления» собственной кармы мы настолько зависимы от внешних «проводников», что в одиночестве, где для наших самых колоритных проекций нет подходящих объектов, мы останавливаем поток впечатлений, и переживаем психическое удушье.

Одиночество – это нехватка впечатлений, которая действительно напоминает задержку дыхания. И одиночество, как и задержку дыхания, можно «тренировать», сохраняя комфорт наедине с собою на все более длительные промежутки времени.

Человек, как принято говорить – социальное животное. Нам тяжело в одиночестве просто потому, что все самое светлое в себе мы связываем с другими людьми. В одиночестве даже самые красивые и полезные вещи теряют смысл, и сливаются с безжизненными стенами. Почему для нас так важны другие?

Крайности

Упрощенно, психическое содержания нашего нутра можно было бы измерить по шкале, где на одном полюсе – жизнь, а на другом – смерть. На полюсе жизни – самые яркие и живые впечатления. На противоположном полюсе – переживания, которые жизнь внутри нас блокируют. Там – холод, мрак, обреченность и страх – информация, которую мы проецируем на самые неприглядные формы внешней реальности.

Возможно, вы уже догадались, в чем тут дело. Светлые и живые пласты нашей кармы справедливо проецируются на очертания мира, которые, как нам кажется, наполнены светом жизни – на людей.

Самые качественные впечатления приписываются нашим любимым, чуть меньше достается нашим детям и нашим друзьям.

В животных свет жизни, как мы чувствуем, проявлен в меньшей степени – они для нас обычно где-то посередине между бездыханными вещами и живыми людьми.

В персонажах, которые нам по какой-то причине не нравятся, оба полюса парадоксальным образом смешиваются – смерть сливается с жизнью, обращаясь в ненависть, отвращение, жалость и прочие формы неприятия собственной «тяжелой кармы». В том, как и на что наши проекции проецируется, все неоднозначно. Об этом может судить каждый из личного опыта жизни в теле.

Почему нам так важно ощущать, что любимые люди находятся в нашей собственности? Почему просыпается привязанность? Проявление качественных проекций зависит от наличия «качественных» людей, которым эти переживания приписываются.

Ключевое слово – «зависимость».

И даже, когда любимый человек рядом с вами, но вам не «принадлежит», вы можете томиться и страдать, потому что на этот сценарий проецируется внутренняя блокировка, вроде как – свет есть, но он не наш, а чей-то чужой.

Одиночество и смерть часто связывают. Они словно пребывают на одном полюсе, а в своей предельной точке сливаются. В одиночестве из подсознания в первую очередь лезут негативные пласты подавленных переживаний.

Именно поэтому злодеи так боятся одиночной камеры – там они сталкиваются с собственным отражением во всей красе. А святые добровольно уходят в пещеры – им там подавлять нечего, и в уединении они ощущают покой без негативных примесей.

Здесь я намеренно использую, слово «уединение», чтобы подчеркнуть, что одиночество – это не столько физическая изоляция, сколько субъективное психическое состояние.

Если пребывая в темном карцере после выхода поверхностных «темных» переживаний, затворнику удалось сохранить рассудок, его психический маятник может качнуть в сторону блаженства. И тогда человек с удивлением замечает, что в одиночестве ему совсем не одиноко, а зависимость от общества других людей заметно ослаблена.

У меня нет полной уверенности, но судя по всему, переживание всеохватывающего одиночества – это необходимый этап очищения перед духовным просветлением. Поэтому аскеты и прячутся по пещерам, чтобы там пройти через внутренний мрак и открыть свой внутренний свет.

В итоге в долговременном одиночестве комфортно либо святому, либо безумцу, чей рассудок уже не зависит от сценариев внешнего мира. Для обывателя, как ни странно, состояние сходное с наркотической зависимостью, является нормой.

А если вы уже считаете себя просветленной сущностью, посидите с недельку в пустой комнате. Если дискомфорта при этом не возникнет, значит, вы действительно психологически – чисты, и можете с гордостью носить почетный орден отрешенного аскета, и бесстыдно хвастать своими великими достижениями перед простыми смертными.

Причины одиночества

Существует мнение, что экстраверты заряжаются в движении – поэтому и тянутся к шумихе и суете. А интроверты заряжаются в одиночестве, поэтому покой и уединение им требуется в большей степени.

По итогу каждый балансирует между движением и покоем. Каждому требуется своя порция уединения, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок.

Но стоит чуть затянуть, как позитивное уединение начинает обращаться в мрачное одиночество.

Все самые серьезные и мрачные состояния, как правило, кажутся наиболее реалистичными и оправданными, поэтому в одиночестве человек так легко ведется на негативные иллюзии этого состояния. Затворник может всерьез думать, что жизнь бессмысленна в самом трагичном смысле этого слова.

И дело как бы вовсе не в одиночестве, просто, как он думает – такова правда жизни. Накручивая себя этой мрачной тенденцией, легко дойти до депрессии. Но стоит индульгирующему затворнику оказаться в компании собеседников своего уровня, как тут же, словно по волшебству весь мрак рассеивается.

Одна иллюзия заменяется другой.

Создается впечатление, что в состоянии одиночества сознание сужается до маленького темного чулана – одной из многих комнат бессознательного. А в обществе себе подобных сознание расширяется, и мы получаем допуск к другим помещениям своего нутра.

Каждый знает – мы можем переживать одиночество даже в кругу близких и друзей. Так происходит, когда доступ к позитивному полюсу нашей кармы чем-то блокируется – например, во время влюбленности, когда внутренний свет полностью проецируется на единственного человека.

Из крайности в крайность: с любимыми – блаженство, без них – томление. Иногда нам одиноко в обществе, когда мы перерастаем свое окружение и стремимся к чему-то по-настоящему новому.

Этап мрака по окончанию может неожиданно привести к иному жизненному пути, на котором смысл засияет с новой силой.

Многим свойственно ощущать одиночество в больших городах посреди толпы. В условиях, когда вокруг сонмы людей, возникает ощущение, что никому лично до тебя нет никакого дела, и все друг другу равнодушны. Толпа движется, словно бездушный механизм – без смысла и цели.

Людей так много и все они настолько друг другу чужие, что индивидуальность отдельного человека полностью обесценивается.

Поэтому многие так не любят Москву, особенно ее подземку, где людской поток походит на какое-то полуживое бессодержательное месиво, осколком которого «уникальная» личность себя ощущать совсем не хочет.

Чаще всего мы оказываемся в одиночестве из-за своей многострадальной самооценки. Мы избегаем контактов, когда опасаемся подвергнуться критике. И это может послужить причиной очередного порочного круга.

Пребывая в одиночестве, отшельник укрепляется в своей никому ненужности, все больше теряет уверенности в себе, дичает и ему все сложнее налаживать контакт с окружающим миром.

Лечится такая замкнутость только практикой – навыки общения развиваются по мере самого общения, шаг за шагом.

Порой, мы стыдимся своего устремления к обществу других людей, потому что этот признак как бы демонстрируют нашу никчемность, нашу низкую «стоимость», раз уж другие не тянутся к нам сами, а нам приходится унизительно гоняться за их «величеством», и ловить случайные взгляды.

Иногда одиночество, напротив, может стать уделом гордеца.

Человек боится показывать свою тягу к обществу других людей, намекая своей отстраненностью, что ему в одиночестве лучше, будто у него есть некий секрет, какая-то тайная ценность, которая увлекает куда сильней, нежели общество простых смертных.

А позже, тот же гордец, вдруг неожиданно выражает обиду. Он считает, что люди, которых он в свое время оттолкнул, перед ним виноваты, потому что не стали унижаться и молить гордеца снизойти до общения с его «высокочтимой» персоной.

Глубоко внутри у каждого есть пространство безопорной пустоты. Но мы так боимся собственной внутренней свободы, и так привязываемся к мирским опорам, что забаррикадировались от этого внутреннего простора, забросав его вагоном психического мусора.

И теперь, оставаясь наедине с собою, нам кажется, что там – не свобода, а пустой, мрачный и безвыходный подвал, в котором можно запросто сгинуть. И мы хватаемся за внешние события, словно за спасательные тросы, только чтобы не оставаться в одиночестве, чтобы забыться в суете и не видеть себя… Мы сами создаем эту болезненную зависимость от условий.

И чтобы от нее излечиться, возможно, стоит хотя бы иногда наедине с собою смело вглядываться в себя.

© Игорь Саторин

Другие статьи по этой теме:

  • Социофобия и жажда общества
  • Лечение депрессии
  • Влюбленность
  • Норвежский лес

П.С.
О проекциях, самооценке и внутренней свободе можно почитать подробней в книге «Механический бог». Книга доступна для бесплатного скачивания на этой странице.

Источник: //progressman.ru/2012/12/odin/

Умная статья об одиночестве

Одинокие люди психология

Одиночество — пугающая штука.
Так, по крайней мере, его обычно воспринимают.

Остаться совершенно одному,
без друзей, без любимых, без родственников — одна из самых ужасающих картин для большинства людей. Остаться без чужого внимания, без душевного сопереживания, без поддержки родных, без общественного признания и умереть безвестным и незамеченным — это ли не кошмар?

В нашем обществе, построенном на принципе социальной соревновательности, остаться в одиночестве — значит, проиграть.

И общество заботится о том, чтобы проигравших не было, поощряя всеми возможными способами расширение и укрепление социальных контактов.

Государственные, религиозные и профессиональные праздники, развлекательные мероприятия, спортивные олимпиады, социальные программы, телевидение, интернет — все, чтобы собрать людей вместе и создать иллюзию общности.

Действительно, когда кругом полно народу и все весело балагурят, довольно трудно сохранить чувство отделённости.

Когда друзья называют тебя по имени, любимые шепчут ласковые слова, коллеги восхищаются твоим способностям, а враги — боятся, где уж тут место беспокойству? Если вокруг столько людей, признающих твое существование, разве это не снимает проблему одиночества? К этому люди и стремятся — окружить себя неравнодушными и в этом найти умиротворение.

Но давайте посмотрим чуть глубже. Чем так пугает одиночество или даже простое минутное уединение? Что страшного в том, чтобы остаться наедине с собой? Почему ничем не занятое время вызывает уныние и упадок сил? Тем, кто немного знаком с психологией, ответ может показаться очевидным, но не спешите с выводами — за простым ответом скрывается проблема более глубокая.

Страх одиночества

Всех нас переполняют тревоги. Как бы хорошо мы ни устроились в этой жизни, это не дает гарантии умиротворения. За внешними успехами и достижениями, обычно, скрываются провалы и поражения внутренние.

Изучение и решение душевных проблем у нас не в чести, поскольку гораздо более важными считаются свершения социальные — творческие, профессиональные, политические.

Сфера психического остается за кадром или, как минимум, отступает далеко на задний план.

Неизбежным следствием такого положения дел становится постоянное внутреннее напряжение — недовольство собой, своей жизнью, своими поступками или их отсутствием. Множество вопросов, оставленных без ответа.

Огромное количество проблем, решение которых так не хочется брать на себя. Боль потерь и упущенных возможностей, отсутствие смысла и понимания своего пути в жизни.

Все это вместе создает внутри свой персональный ад.

Этот запутанный клубок проблем и вопросов постоянно напоминает о себе. Стоит оказаться в тишине, и все демоны собственной души выползают на поверхность.

От них какое-то время можно отмахиваться — внутренняя толстокожесть позволяет выдерживать небольшие дозы одиночества.

Но стоит перейти болевой порог или снять защиту и даже самый уверенный в своей самостоятельности человек разрыдается горючими слезами.

Поэтому мы так боимся уединения. Нам постоянно нужны внешние раздражители, чтобы отвлекать внимание от внутренних переживаний. Если телевизор включить достаточно громко, он сможет заглушить голоса души. И тот же самый эффект дают дружеские попойки, праздники, культурные мероприятия, работа и все прочее, чем мы так любим занимать свое время.

Это второй пласт проблемы одиночества. Он достаточно очевиден и легко выходит на поверхность при внимательном взгляде на себя и свою жизнь.

Внутреннее беспокойство и неуверенность в себе заставляют нас строить свои «социальные сети» и занимать все свое свободное время такими занятиями, которые создают ощущение осмысленности нашего существования.

Состояние покоя, которое должно бы быть совершенно естественным, становится самым пугающим… но это еще не все.

Ужас одиночества

Нас учат верить в то, что возможна настоящая дружба, что можно встретить свою половинку, что можно найти среди людей свою родственную душу и, что это избавит нас от одиночества. Сказками о любви, дружбе и понимании вскармливают детей, превращая для них эти понятия в основной критерий личного счастья.

Но от одиночества нельзя избавиться с помощью других людей. Самый лучший друг, самый близкий и родной человек, как бы сильно и искренне он того ни хотел, никогда не сможет разделить наш мир. Мы одиноки, и одиноки неизбежно.

Нет на свете того человека, который бы нас понял и услышал. Кто бы ни уверял нас в обратном — это всего лишь иллюзия. Точно так же, как и наши уверения в понимании близких, — это лишь самообман. Каждый из нас целиком и полностью одинок в своем собственном изолированном мире.

Нам может казаться, что все мы живем на одной планете и дышим одним воздухом, но кто сказал, что мы все видим один и тот же мир? Ведь никто и никогда не смотрел на мир чужими глазами.

Быть может, синее небо, к которому я привык, в нервной системе другого человека воспринимается совершенно иначе.

Быть может, если в чужой мозг заложить «программу» моей личности, я вообще не узнаю окружающий мир?

С первых проблесков сознания ребенка учат, что ложка — это ложка. Но как эту ложку воспринимает ребенок? Никто этого не знает и никого это не интересует. Его просто учат называть некий комплекс восприятий «ложкой». Это всего лишь такой уговор, что один и тот же кусок внешнего мира именуется одним и тем же словом.

//www.youtube.com/watch?v=31Oqb20H6JY

Сила договоренности так велика, что со временем, лес исчезает за деревьями. Мир непосредственных переживаний превращается в мир слов и ярлыков. А поскольку мы все используем один и тот же язык, нам кажется, будто и мир мы воспринимаем более-менее одинаково. Но где основания для такого вывода?

Если представить людей в виде компьютеров, то это не будет привычный нашим взорам ряд разноцветных снаружи и одинаковых внутри ПиСи-шек. Каждый человек — система уникальная на аппаратном уровне. Есть какие-то общие принципы в архитектуре, но центральный вычислительный процессор у каждого свой.

Медики скажут, что и устройство мозга у всех людей более-менее одинаковое, но всего лишь вопрос локализации функций, тогда как сам механизм исполнения этих функций никому не известен. Каждый человек обладает своей уникальной нейронной сетью, которая формируется в ответ на проживание индивидуальной жизни в индивидуальных условиях.

В процессе обучения в мозг закладывается программа интерпретаций, позволяющая сгладить различия в восприятии мира между уникальными нервными системами, но само восприятие от этого не меняется.

Каждый человек так и продолжает видеть свой собственный мир, а вживленную программу со временем начинает считать собой.

Так может ли одна такая программа понять другую и избавить ее от чувства одиночества?

Если нет уверенности в одинаковом восприятии даже осязаемых предметов, то как можно рассчитывать на понимание душевных переживаний другого человека?… а ведь именно его мы и ищем.

Или вот другой взгляд на ту же проблему. Когда мы пытаемся понять другого человека, то на что мы опираемся? Если мы из самых лучших побуждений пытаемся помочь человеку принять решение в спорной ситуации, то можем ли мы действительно помочь с этим?

Что мы знаем о самых близких наших людях, кроме того, что они сами сочли нужным рассказать? Что мы можем знать о другом человеке и как мы можем его понять, если не видим мир его глазами? Все мы уникальны, и как бы мы не пытались понять другого человека и его ситуацию, мы никогда не увидим полной картины, которая перед ним разворачивается, а значит все наше «понимание» иллюзорно.

С этой проблемой психологи сталкиваются каждый раз, когда пациент спрашивает, правильным ли был тот или иной его поступок.

А откуда психологу это знать!? Как один человек может судить о правильности или неправильности поступков другого человека, если он не знает всех условий задачи? Каждая ситуация уникальна, каждый человек уникален, как тогда вообще можно судить о действиях другого человека?

То же самое с избавлением от одиночества. Как я могу решить проблему одиночества для другого человека? Или как другой человек может избавить от одиночества меня? Никак… Мы можем лишь помочь друг другу забыть и забыться.

Родственные души, которые нам иногда встречаются, — это всего лишь люди, которые помогают нам спрятаться от проблем настолько удачно, что кажется, будто они созданы специально для нас.

Наши вторые половинки — это лишь отражение наших неврозов в неврозах другого человека. Неудивительно, что такие люди наилучшим образом позволяют нам укрыться от чувства одиночества и всех душевных неурядиц.

И тем больше мы их за это ценим.

Но это только попытка побега из тюрьмы, которой мы считаем свою жизнь. Вместо того, чтобы принять свою уникальность, мы продолжаем желать невозможного — общности и единения с другими людьми. И вот он ужас бытия — мы обречены на одиночество.

Радость и счастье одиночества

Но так ли страшен черт? Если одиночество — это наше неотъемлемое свойство, то стоит ли его так бояться? Да, никто и никогда нас не поймет, никто не разделит горести и радости нашего существования, ну и что? Осознание своего одиночества — это не трагедия, это повод отказаться от иллюзий и перестать, наконец, цепляться за других людей.

Ребенок нуждается в тех, кто обеспечит ему выживание, но потом мы взрослеем — почему же мы так и продолжаем всю жизнь опираться на других людей? Взрослый человек сам может справиться со всеми своими невзгодами. Жизнь никогда не ставит перед нами неразрешимых задач — так почему бы не опробовать свои силы?

Осознание своей единственности и того, что никогда не будет рядом человека, который полностью тебя поймет, приносит странные чувства. Сначала, становится капельку грустно. Прожить всю жизнь в одиночестве — мысль, по меньшей мере, непривычная.

Но вскоре появляется необычное чувство свободы — больше нет смысла искать чужого понимания, больше нет смысла доказывать свою правоту, больше нет смысла страдать от одиночества, больше нет смысла чувствовать вину за непонимание своих близких.

Отношения с людьми, если искать в них решения своих душевных проблем, отнимают огромное количество сил.

Постоянно приходится кого-то из себя изображать, быть хорошим, воспитанным, учтивым или, наоборот, вставать в позу, изображать недовольство, требовать внимания, манипулировать — все эти игры важны только тогда, когда есть надежда на чужую оценку и понимание. Но когда больше нет веры в чужие мнения о себе, какой смысл в этих играх? Почему бы не сэкономить свои силы?

В естественном состоянии исчезает заинтересованность в других людях. Если чужая похвала или чужая критика больше не имеет веса, какой смысл принимать ее всерьез? Если чужая поддержка не может по-настоящему поддержать, какой смысл ее искать? Если чужое недовольство порождено субъективной реальностью этого человека, то какой смысл оправдываться?

Остаешься один на один со всем миром — сам за себя. Я никому ничего не должен, и мне никто ничего не должен. Я нормален таким, какой есть, и все остальные нормальны, каковы бы они ни были. Живи сам и дай жить другому — в этом счастье и радость одиночества. И это — свобода.

p. s.
Предупреждая вероятный вопрос, скажу — осознание и принятие своего одиночества не ведет к отшельничеству.

Меняется только точка опоры — там, где раньше приходилось искать любви, поддержки и понимания извне, теперь можно положиться только на себя самого.

Это может изменить круг общения, поскольку многие знакомства, с этой позиции, утрачивают смысл. Но это ничуть не мешает заводить новые знакомства на почве искреннего взаимного интереса.

Источник: //llootarinsky.wordpress.com/2010/09/16/%D1%83%D0%BC%D0%BD%D0%B0%D1%8F-%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F-%D0%BE%D0%B1-%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D1%87%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.