Симона де Бовуар, свободная женщина

Содержание

Феминистка Симона де Бовуар: «Современной женщине, свободной, преуспевающей, на хрен оно сдалось — сердце»

Симона де Бовуар, свободная женщина

Французская писательница Симона де Бовуар никогда не была для своего возлюбленного Жан-Поля Сартра ни «зайкой», ни «котиком», ни «тигренком». Он всю жизнь называл ее Бобром. И не потому, что идеолог феминистского движения была против сантиментов и хотела треша в отношениях… Впрочем, предоставим слово самой Симоне.

КТО:

ПОЧЕМУ:

ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА ФРАЗУ:

писательница, философ, идеолог феминизма
феминистки считают, что без Бобра не было бы и Сартра
«Не было бы ни неврозов, ни психозов, если бы люди хорошенько усвоили, что постельные развлечения — это такое же обычное дело, как еда, мочеиспускание, испражнение и сон…»

О неверно расставленных акцентах

Худшее проклятие, тяготеющее над женщиной, — это ее неучастие в военных походах. Человек возвышается над животным не тем, что дает жизнь, а тем, что рискует жизнью. Поэтому человечество отдает предпочтение не рождающему полу, а полу убивающему.

О большой и чистой любви

Гомосексуальность по своей природе так же ограниченна, как и гетеросексуальность: идеальный человек должен обладать способностью любить как женщину, так и мужчину — человека вообще, не сковывая себя ни страхом, ни обязательствами.

О новостях в государственных сми

Разве женщина из гарема не счастливее какой-нибудь избирательницы? Разве домохозяйка не счастливее работницы? Не совсем ясно, что означает слово «счастье», и тем более — какие подлинные ценности в нем сокрыты.

Нет никакой возможности измерить счастье другого человека, зато всегда легко можно объявить счастливой ситуацию, которую хочешь ему навязать: обреченных на застойное прозябание, в частности, объявляют счастливыми под тем предлогом, что счастье — это неподвижность.

О бензине в костре феминисток

Некоторые представители мужского пола боятся конкуренции женщин. В еженедельнике «Эбдо-Латэн» один студент на днях заявил: «Любая студентка, получающая диплом врача или адвоката, крадет у нас место». Свои права на этот мир он сомнению не подвергает.

О роке генетики

Быть женщиной — это если и не порок, то, во всяком случае, странность.

О моде на вечность

«Вышел из моды» — у вас эти слова с уст не сходят. Классический роман вышел из моды. Гуманизм вышел из моды. Но, защищая Бальзака и гуманизм, я, быть может, предвосхищаю завтрашнюю моду. Вы сейчас поносите абстрактное искусство. Значит, десять лет назад, когда я не клюнул на эту удочку, я вас опередил. Нет. Есть нечто, неподвластное моде: ценности, истины.

О березках и балалайке

Русские непостижимы (еще более непостижимы, чем индейцы Вабансии): они орут друг на друга, врут без зазрения совести и вдруг ни с того ни с сего все дружно хохочут.

О кривом зеркале

Самовлюбленная женщина, не видящая ничего, кроме своего воображаемого двойника, уничтожает себя.

Ее воспоминания застывают, поведение становится шаблонным, она повторяет одни и те же слова и жесты, из которых постепенно исчезает всякий смысл.

Именно этим объясняется то жалкое впечатление, которое производят многие женские «дневники» и написанные женщинами «автобиографические произведения».

Внимательно читайте договор

Тем, кто так много говорит о «равенстве в различии», не подобает оспаривать тезис о наличии различий в равенстве.

О хитром плане

Обратить себя в ничто ради другого человека означает создать его в себе и для себя.

О страшной роли пропаганды

Роль женщины заключается именно в том, чтобы сделать смерть составной частью жизни, общества, добра. Поэтому культ «героических матерей» систематически поощрялся; если обществу удается добиться, чтобы матери отдавали своих сыновей на смерть, оно начинает считать, что имеет право их убивать.

О выживших

Любовники, которые хотят принадлежать лишь друг другу, не могут остаться в живых: они умрут со скуки.

О цветах жизни

Штекель (Вильгельм Штекель — австрийский психиатр, один из пионеров психоанализа. — Прим. «Большого») очень справедливо заметил: дети — не заменитель любви.

Если жизнь разбита, они не закроют ее бреши; они не предназначены для того, чтобы заполнять пустоту нашей жизни. Это ответственность, тяжелые обязанности; это самое щедрое украшение свободной любви.

Они — не игрушка для родителей, не исполнение их долга перед жизнью, не компенсация неудовлетворенных амбиций. Дети — это обязанность растить счастливые создания.

Об экзистенции вранья

Обманутая женщина начинает мыслить в категориях вечности.

О негативной роли института брака

На деле — точно так же, как с биологической точки зрения, — самец и самка страдают не друг от друга, а оба являются жертвами вида; супруги страдают от гнета не ими созданного учреждения.

Об утешениях, которые смешны

Белый бедняк с Юга США всегда может сказать себе в утешение, что он не грязный негр, да и более удачливые белые охотно используют эту спесь. Точно так же любая посредственность мужского пола рядом с женщиной чувствует себя полубогом.

О женском кокетстве

Как-то у принцессы Меттерних спросили, в каком возрасте женщина перестает быть женщиной и ее плоть замолкает, не терзая ее больше. «Я не знаю, — ответила она, — мне всего шестьдесят пять лет».

О белке в колесе

Немногие работы так схожи с сизифовым трудом, как работа домашней хозяйки: день за днем она моет посуду, вытирает пыль, чинит белье, но на следующий день посуда будет опять грязная, комнаты — пыльные, белье — рваное.

Домашняя хозяйка тратит свои силы на топтание на месте: она ничего не создает, она лишь сохраняет в неизменном виде то, что существует.

Из-за этого у нее возникает впечатление, что вся ее деятельность не приносит конкретного Добра, она ограничивается лишь бесконечной борьбой со Злом. И эта борьба каждый день начинается сначала.

О ком-то на белом коне

Женщины друг для друга могут быть только товарищами по плену, они помогают друг другу переносить тюремное заключение, могут даже готовить побег, но освободителя они ждут из мира мужчин.

О нежном феминизме

Примечательно, что Стендаль одновременно столь глубоко романтичен и столь решительно привержен феминизму; обычно феминисты — люди рациональные, подходящие ко всему с универсальной точки зрения. Стендаль же требует эмансипации женщин не только во имя свободы вообще, но и во имя личного счастья.

О принятом вызове

Если в поведении лесбиянок заметны вызов и позерство, так это потому, что в их положении невозможно жить естественной жизнью. Человек, живущий естественной жизнью, не нуждается в постоянном самоконтроле, не стремится постоянно видеть свои действия со стороны. Лесбиянки же из-за отношения к ним окружающих постоянно сосредоточены на себе.

О живучести стереотипов

Идет ли речь о расе, касте, классе или поле, занимающем низшее положение, механизм оправдания один и тот же. «Вечная женственность» полностью соответствует «негритянской душе» и «еврейскому характеру».

Об искусстве аргументации

У меня всегда вызывало раздражение, когда в ходе отвлеченной дискуссии кто-нибудь из мужчин говорил мне: «Вы так думаете, потому что вы женщина».

Но я знала — единственное, что я могла сказать в свою защиту, это: «Я так думаю, потому что это правда», устраняя тем самым собственную субъективность.

И речи не могло быть о том, чтобы ответить: «А вы думаете по-другому, потому что вы мужчина», ибо так уж заведено, что быть мужчиной — не значит обладать особой спецификой.

О бизнесвумен

Современной женщине, свободной, преуспевающей, на хрен оно сдалось — сердце.

Об эмпатии

Редко мужчина действительно понимает женский опыт.

Даже какие-то пустячные вещи: например, улицы принадлежат всем в равной степени, но по факту для молодой девушки, неважно, красива она или нет, прогулка по улице после 8 или 9 часов вечера да даже в течение дня может стать испытанием.

Если вы скажете это мужчине, он улыбнется, изобразит удивление, скажет: «Я так не делаю», «Я не грубиян», «Не все мужчины грубияны». Он не осознает, какой это прессинг для женщины — постоянно чувствовать себя в опасности.

О казаках и разбойниках

В глубине души мужчине нужно, чтобы борьба полов оставалась для него игрой, тогда как женщина ставит на карту свою судьбу.

Каждый самец хочет быть альфа

Это же так просто, говорят любители простых решений,  матка и яичники. Она самка — вот и все определение. В устах мужчины слово «самка» звучит как оскорбление; при этом собственного животного начала он не стыдится, наоборот, горд, если про него скажут: «Каков самец!»

О призраках прошлого

Войне пришел конец, но она осталась у нас на руках, словно огромный обременительный труп, и не было на земле места, чтобы захоронить его.

О павших во имя ничто

То, что сделали наши друзья, погибшие в годы Сопротивления, и все сопротивленцы, в силу своей смерти ставшие нашими друзьями, мало чему послужило или даже вообще ничему не послужило. Оставалось признать, что их жизни были отданы во имя собственного оправдания; оставалось верить в силу самоотверженности, в силу горения, собственного достоинства, в силу надежды. Я и теперь в это верю.

О том, что не надо париться

Зачем мы существуем? Для меня это не проблема. Существуем, и все. Главное — не обращать внимания, взять разбег и единым духом — до самой смерти.

О том, зачем нужны амбиции

Обычно не отдают себе в этом отчета, но нужно обладать немалым высокомерием, чтобы свои мечты поставить превыше всего. А если быть скромнее, то поймешь, что с одной стороны существует реальность, с другой — ничего.

О таинственной реальности

Нам говорят, что женственность в опасности, к нам взывают: «Будьте женщинами, останьтесь женщинами, станьте женщинами».

Значит, не всякое существо женского пола обязательно является женщиной; для этого нужно приобщиться к находящейся под угрозой таинственной реальности, которая и есть женственность.

Ее что, выделяют яичники? Или она застыла где-то на платоновском небосводе? И довольно ли шуршащей юбки, чтобы спустить ее на землю?

О мятном льве

Мужчина предъявляет к женщине двойственное требование, чем обрекает ее на двуличие: он хочет, чтобы она принадлежала ему и в то же время оставалась чужой. Он мечтает о служанке и ведьме одновременно.

О лучшем народном лекарстве

Не было бы ни неврозов, ни психозов, если бы люди хорошенько усвоили, что постельные развлечения — это такое же обычное дело, как еда, мочеиспускание, испражнение и сон…

О некорректных запросах

Как мы видели, некоторые женщины посвящают себя умершим или недоступным для них героям и не желают видеть в них что-либо общее с существами из плоти и крови, поскольку эти последние не соответствуют их мечтам.

По всем этим причинам лишенные иллюзии женщины заявляют: «Не нужно ждать сказочного принца. Мужчины — просто ничтожные существа». Но они не казались бы карликами, если бы от них не требовали, чтобы они были великанами.

О недальновидности влюбленных

Главное чудо: под крашеными волосами в ее головке шелест листвы обращается в мысли, а из груди вылетают слова. Ошеломленные мужчины тянутся жадными руками к чуду; но стоит овладеть им, как чудо исчезает, рассеивается. И супруга, и любовница говорят, как и все, обыкновенно ртом: слова их стоят ровно столько, сколько они стоят. Грудь, кстати, тоже.

О том, что не всякий подарок — побрякушка

Обручальное кольцо, которое Иисус подарил святой Екатерине и которое она невидимо носила на пальце, — это то «кольцо из плоти», которое ему обрезали во время обряда обрезания.

О жизненных итогах

Величайший успех моей жизни — Сартр.

187 слов о Симоне

Самый известный роман Жан-Поля Сартра «Тошнота» начинается со страницы, на которой отпечатана только одна фраза: «Посвящается Бобру». Это прозвище закрепилась за Бовуар в кругу близких из-за сходства ее фамилии с английским словом beaver. Сартра же, с которым Симона познакомилась в Сорбонне, она называла пожизненным соратником. Они вдвоем отвергали институт брака, а потому создали свой манифест: они остаются друг другу верны интеллектуально, и тогда физические измены не считаются.Сартр и Бовуар помогали друг другу в работе, делили любовниц, жили в разных квартирах, порой даже в разных странах, но все равно были единым целым. Их похоронили рядом, на кладбище Монпарнас, с разницей в шесть лет.В жизни де Бовуар был и Нельсон Олгрен, которого в переписке она называла «мой муж» (они поддерживали связь 14 лет). Олгрен стал прототипом одного из героев ее романа «Мандарины», что ему крайне не понравилось: он выдержал соперника в лице Сартра, отказ Бовуар выйти за него замуж, но был крайне раздосадован, что его личная жизнь попала в книжные магазины.Бовуар развернула кампанию за декриминализацию абортов, составив «Манифест 343-х» — по количеству подписавшихся. Среди критически настроенных граждан письмо называли «Манифест 343-х шлюх», что не помешало феминисткам добиться своего.

Источник: https://bolshoi.by/persona/simona-de-bovuar/

Симона де Бовуар: свободная женщина

Симона де Бовуар, свободная женщина

Страстная католичка и воинствующая атеистка, непоколебимая бунтарка, остротой ума которой восхищался сам Жан-Поль Сартр. Она определила развитие феминизма на десятилетия вперед и на равных дискутировала с лучшими философами своего времени. Философ, писательница и просто влюбленная женщина – Симона де Бовуар.

1. Благовоспитанная девица

«Воспоминания хорошо воспитанной девушки» – так называется книга Симоны де Бовуар о своём детстве. Писательница нисколько не преувеличивает – для француженки начала XX века её воспитание было образцовым. 

Оно было предопределено уже фактом рождения, ведь Симона появилась на свет в зажиточной буржуазной семье с древними аристократическими корнями. Среди её предков – известный средневековый философ, теолог и мистик Гийом де Шампо, у которого когда-то учился еще более известный религиозный философ Пьер Абеляр. 

Отец Симоны был юристом, а мать – дочерью крупного банкира и примерной домохозяйкой, воспитанной в католической строгости и набожности. Предполагалась, что по её стопам пойдет и Симона: хорошее воспитание, образование, чёткое понимание своего места в этом, уже разлинованном кем-то мире – благо, условия рождения выпали благоприятные. 

Готовя для дочери это понятное и желанное будущее, родители отдали её учиться в католическую школу, где под присмотром монахинь она должна была приобщиться к христианской добродетели и проникнуться непоколебимостью не только божественного замысла, но и социальной иерархии. 

Но жизнь оказалась сложнее и интереснее. Буржуазная идиллия семьи де Бовуар омрачилась не только запахом смерти с полей Первой мировой, но и финансовым крахом. Отец Симоны вложил практически все свои средства в займы Российской империи, которая прекратила существование в 1917 году. 

Деньги пропали, и семье де Бовуар пришлось съехать из дорогой и просторной квартиры, отказаться от прислуги. Симона и её сестра потеряли приданое и уверенность в будущем. Разорение стало потрясением, оно изменило привычный уклад жизни и поставило будущую писательницу в совершенно новые условия. 

Вероятно, в этом можно увидеть и некоторые внешние предпосылки того нетривиального выбора пути, который сделала Симона де Бовуар в юности.

2. «Великомученица»

Осознание собственной исключительности и даже «превосходства над другими людьми», по признанию де Бовуар, было присуще ей с самого детства. На начальном этапе жизни оно имело прямое отношение к религии.

Попав в католическую школу, шестилетняя Симона восприняла веру в бога очень живо и непосредственно.

Она непрестанно молилась, регулярно приобщалась таинству причастия, знала минуты чрезвычайного религиозного исступления и восторга, орошаемого благодатными слезами. 

А после разорения семьи даже играла в «великомученицу», полагая, что всё это – знак её особой, уникальной судьбы. Но, между прочим, именно тогда Симона впервые уяснила для себя важность независимости и самостоятельности – если богатая девушка могла рассчитывать на выгодное замужество, то бедная – только на себя. 

Де Бовуар не только прилежно молилась, но и усердно училась, так как решила, что с божьей помощью сама будет зарабатывать себе на жизнь. Однако вскоре католическая школа преподнесла Симоне религиозный опыт совсем иного толка.

3. Воинствующая атеистка

Период исступленной религиозности у Симоны де Бовуар со временем сменился полной противоположностью – воинствующим атеизмом. Причины поворота имели не только отвлеченно-философский, но и глубоко личный характер. Крушению веры во многом поспособствовал один из духовных наставников Симоны. 

Она впервые на себе почувствовала, что религия может не только наполнять жизнь смыслом и давать надежду, но и служить средством угнетения. «Его дурацкая рука давила мне на затылок, заставляла ниже опустить голову, обратить лицо к земле, до самой смерти она будет принуждать меня… ползать по земле», – так де Бовуар впоследствии описывала отповедь, которую давал ей аббат Мартен. 

Когда Симона испытала свои первые сомнения в вере, она начала искать ответы на мучавшие её вопросы в книгах, всерьез заинтересовалась философией.

Это не только привело её в Сорбонну, но и стало фундаментом для новой мировоззренческой позиции: «Однажды ночью я потребовала, чтобы Бог, если он существует, дал о себе знать.

Он был нем как рыба, и я больше никогда не обращала к нему ни слова». 

Период между двумя мировыми войнами явился свидетельством кризиса западной цивилизации: абсурд механизированного насилия, господство тоталитарных идеологий, подавление личности – мир корчился в судорогах боли. И личный религиозный кризис Симоны де Бовуар рифмовался с этими процессами, он же создал предпосылки для восприятия и развития идей экзистенциализма.

4. Выпускница Сорбонны

Уже в юности де Бовуар решила прославить себя литературой. Она много читала, вела подробный дневник и после отказа от веры все свои силы сосредоточила на получении знаний и развитии интеллекта. После школы Симона изучала математику в Католическом институте, потом какое-то время занималась филологией, но закончила она Парижский университет с дипломами по литературе и философии. 

Де Бовуар стала девятой женщиной, окончившей знаменитую Сорбонну. Но на Сорбонне она не остановилась.

После окончания университета Симона выдержала экзамен по философии в Высшей нормальной школе, и это дало ей право преподавать в государственных учреждениях.

В рейтинге студентов, который составляется на основе экзамена, де Бовуар заняла второе место, уступив первенство лишь Жану-Полю Сартру. 

Получение престижного образования открыло для Симоны путь независимой интеллектуалки, материальной основой для которой стала научная и преподавательская карьера. Таким образом де Бовуар была одной из первых женщин-философов и женщин-писательниц. 

Не говоря уже о том, что в социальной структуре тогдашнего французского общества она заняла совершенно оригинальное положение, так как пошла по пути, который в то время казался исключительно мужским. В общем-то, уже в силу этих биографических обстоятельств она стала одной из тех, кто проторил европейским женщинам дорогу к «типично мужским» занятиям.

5. Сартр и «манифест любви»

Во время подготовки к экзамену по философии на занятиях в Высшей нормальной школе де Бовуар познакомилась с Сартром.

По воспоминаниям писательницы, это событие перевернуло её жизнь: «Сартр в точности соответствовал грезам моих пятнадцати лет: это был мой двойник, в котором я находила все свои вкусы и пристрастия…» Философ отзывался о встрече с Симоной с не меньшим воодушевлением. Он говорил, что впервые встретил женщину, равную себе. 

Но с самого начала их отношения были не совсем обычными. Сартр открыто презирал буржуазные условности, в том числе брак. И де Бовуар была с ним вполне солидарна. Она видела себя, прежде всего, свободной и независимой женщиной, поэтому, когда Сартр предложил то, что в наше время называется «отношениями без обязательств», Симона легко согласилась. 

Они провозгласили так называемый «манифест любви» – поклялись друг другу в духовной и интеллектуальной верности, но оставили право встречаться с другими мужчинами и женщинами. Единственное условие – честность. 

«Сартр любил женское общество, он находил, что женщины не так смешны, как мужчины; он вовсе не собирался в свои двадцать три года навсегда отказаться от их чарующего многообразия. Если любовь между нами относилась к явлениям закономерным, то почему бы нам не иметь также и случайных связей», – так писательница мотивировала принятие этого не самого очевидного решения. 

Союз между Сартром и де Бовуар сохранял силу вплоть до смерти философа, однако отношения их были совсем не так просты и прозрачны, как обещала логика манифеста. О том, что Симона постоянно боролась с ревностью, говорят и некоторые страницы её мемуаров, и воспоминания некогда близких ей людей. 

Так, например, Бьянка Ламблен – ученица и подруга де Бовуар, а позднее любовница – и её, и Сартра, утверждала, что Симона стала для своего друга в некотором роде сводницей: она сама знакомила его с потенциальными любовницами, дабы иметь возможность контролировать его чувственные пристрастия: «Полагаю, он тогда уже начал охладевать к ней, по крайней мере в сексуальном плане, и она стремилась установить с ним новую связь, так сказать, «через третье лицо». Она воображала, что таким образом сможет контролировать его любовные увлечения и найдет компромисс между их соглашением о полной свободе и тайно мучившей ее ревностью».

Трудно судить, насколько соответствуют действительности подобные признания, но сама по себе запутанность отношений, в которые были вовлечены Сартр и де Бовуар с их учениками и ученицами, не вызывает сомнений.

В 1943 году Бовуар даже отстранили от преподавательской деятельности из-за обвинения в растлении ученицы Натали Сорокиной.

А с другой студенткой, Ольгой Казакевич, пара пыталась наладить совместную жизнь втроем, но это начинание провалилось.

Другими словами, Жан-Поль и Симона были одной из первых публичных пар, опробовавших на себе идею свободной любви – то, что через 20 лет после их попыток станет общим местом для беззаботных американских хиппи и эпохи сексуальной революции в целом. 

По всей видимости, Сартру такие свободные отношения давались куда проще, нежели Симоне. Но не этот ли, иногда весьма травматичный, опыт лёг в основу осмысления судьбы женщины, которое предприняла де Бовуар в самой известной своей философской работе?

6. Любовь на расстоянии

О том, что союз с Жаном-Полем Сартром всё-таки не удовлетворял де Бовуар, говорит и её связь с писателем Нельсоном Олгреном, с которым она познакомилась во время чтения лекций в Соединенных Штатах. Их роман длился почти 15 лет, однако это были отношения на расстоянии. 

Чтобы увидеться с Нельсоном, Симоне приходилось регулярно летать через Атлантический океан, отсюда и название изданной впоследствии книги писем – «Трансатлантический роман».

Судя по этим письмам, именно Нельсон впервые дал возможность 39-летней Симоне ощутить всю полноту любовного чувства: «Мое сердце полно неутоленных желаний, которые мне радостны, поскольку, кажется, они взаимны», – признавалась она возлюбленному. Но в конечном итоге де Бовуар сделала выбор в пользу символической и интеллектуальной связи с Сартром, отказавшись переезжать в Америку и заводить семью.

7. «Второй пол»

Несмотря на всю сложность отношений между де Бовуар и Сартром, их союз оказался не только прочным, но и творчески продуктивным. Во всяком случае, кажется, что именно внутренняя напряженность их отношений – как любовных, так и интеллектуальных – стала одним из условий появления книги «Второй пол», самой известной философской работы Симоны де Бовуар. 

В центре её исследования стоит специфичность женской судьбы. По сути, это первое всестороннее описание положения женщины в обществе, глобальная история её угнетения.

Философская подкладка книги – всё тот же экзистенциализм Сартра, который де Бовуар делает инструментом для решения конкретной проблемы.

Один из центральных постулатов книги – «женщиной не рождаются, ею становятся» – не что иное, как переложение знаменитого тезиса Сартра «существование предшествует сущности». 

Собственно, из этого постулата и вышла вся вторая волна феминизма. Ведь хотя де Бовуар не вводит термин «гендер», она явно проводит различие между биологическим полом и его социальной реализацией – «женщиной становятся», то есть она продукт социального конструирования, она не столько заложница биологической заданности, сколько заложница истории и идеологии. 

Насколько важным и актуальным оказалось исследование де Бовуар, говорят цифры продаж: только в США книга разошлась тиражом более миллиона копий, при том что речь идет о двухтомной философской работе. Книга превратилась в настоящую библию феминизма и до сих пор сохраняет свое концептуальное значение, оставаясь одним из самых масштабных и убедительных исследований «женского вопроса».

источник

Источник: https://subscribe.ru/group/rossiya-evropa-amerika-dalee-vezde/12260385/

Женщиной не рождаются. Зачем Симона де Бовуар стала феминисткой

Симона де Бовуар, свободная женщина

Симона де Бовуар открыла дорогу феминизму. «Однажды ночью я потребовала, чтобы Бог, если он существует, дал о себе знать. Он был нем как рыба, и я больше никогда не обращала к нему ни слова». Сегодня она могла бы отметить свой 108-й день рождения.

Симона де Бовуар — известная француженка, блестящая выпускница Сорбонны, ставшая одной из первых женщин-преподавателей философии в истории.

Она придумала феминизм, проговоренный и осмысленный именно женщиной. В науке Симона сразу поставила себя как отчаянного борца с условностями на всех уровнях человеческого бытия.

Она боролась с шовинизмом, с богобоязненностью, с бедностью, с буржуазией и капитализмом.

Почему благочестивая девушка, воспитанная в добропорядочной религиозной семье, вдруг отказалась от брака и детей, провозгласила себя абсолютно свободной от всех существующих предрассудков, стала писать вызывающие романы, проповедовать идеи женской независимости и откровенно заговорила про атеизм, бунт и революцию?

Сказать с определённой точностью нельзя. Симона де Бовуар стала заметной фигурой своего времени, времени, когда во Франции зародился экзистенциализм со всем его отвращением к автоматическому буржуазному стилю жизни.

Стала сутью

В Париже, в университете Сорбонна (фр. la Sorbonne) Симона знакомится с тогда ещё никому не известным Жаном-Полем Сартром, идеологом и точнейшим проводником всех экзистенциальных идей того времени. Симпатия быстро перерастает в крепкую привязанность друг к другу. 

Вместо руки и сердца Жан-Поль предлагает Симоне заключить «Манифест любви»: быть вместе, но при этом оставаться свободными. Симону, которая больше всего на свете дорожила своей репутацией свободно мыслящей, такая постановка вопроса вполне устраивала, она выдвинула лишь одно встречное условие: взаимная откровенность всегда и во всём — как в творчестве, так и в интимной жизни.

Сартр никогда не скрывал, что в жизни боялся только одного: потерять Симону, которую называл своей сутью. Но вместе с тем уже после двух лет знакомства ему показалось, что их отношения слишком прочны, «безопасны», подконтрольны, а значит — несвободны.

Свободная воля

Сартр был именно тем, о ком она грезила с детства: мужчина, рядом с которым можно всё время расти.

Ничего, что являл он собой ходячий портрет Квазимодо: редкие волосы на крупном черепе, один глаз косит, другой с бельмом, и телосложение самое неказистое: щуплый, маленький, но уже с животиком, хотя было ему всего 23 года. Зато Сартр был проповедником ошеломляющих взглядов.

Не зря на выпускных экзаменах философского факультета Сорбонны он получил первое место как человек выдающихся интеллектуальных способностей. А она, Симона, второе — как прирождённый философ.

Союз, который Жан-Поль предложил Симоне, являл собой идеальный брак двух интеллектуальных личностей.

Никакого штампа и совместно нажитого имущества, никаких ограничений в сексуальной свободе, полное доверие и обязательство рассказывать друг другу самые потаённые мысли. Это и есть любовь — свободный выбор личности.

Они много раз расставались, у них были любовники и любовницы, но манифест любви, придуманный Сартром, не отпускал их на протяжении почти всей жизни.

Ключи к пониманию феминизма по Симоне де Бовуар

«Женщиной не рождаются, женщиной становятся», — это изречение, вызывающее и несколько загадочное, впервые прозвучало в 1949 году в книге Бовуар «Второй пол».

В своей ключевой для всего феминистского движения работе «Второй пол», переведённой на 50 с лишним языков, Симона главным образом ниспровергает условности, тяготеющие над женщинами с колыбели.

Им внушают, что они должны нравиться, позиционировать себя как «объект», исполнять без душевных метаний свое предназначение через брак, «который ещё в большей степени практически подчиняет их мужчине», возмущается она, — а также через материнство.

Анализируя тысячу причин, которые приписывают превосходство «не тому полу, который рожает, а тому, который убивает», Симона де Бовуар побуждает женщину не позволять запирать себя в «роли самки», а жить как сознательная личность.

Смерть объединит

Многие считают, что Симона хорошо спряталась за плотную ширму феминистки и эмансипе. Тем не менее, за годы, проведённые бок о бок с Сартром, Симона не перестала чувствовать потребность в обыкновенной, несложной любви между мужчиной и женщиной.

Во второй половине жизни у неё завязывается роман с амеркианским писателем Нельсоном Олгреном. Переписку, где они часто обращались друг к другу «Мой муж», «Моя жена», Симона называла «трансатлантическим романом».

И Симона, эталон феминизма, пересекала океан ради коротких встреч.

Но Париж, Сартр и их экзистенциональный союз оказались сильнее простых человеческих радостей. Симона так и не стала женой Нельсона и после 15-летней связи разорвала отношения.

Вскоре Сартр тяжело заболел, и жизнь неизменно любящей де Бовуар сосредоточилась на нём одном. Потому что без него — не было жизни. Симона превратилась в сиделку при своём проповеднике свободы и равенства. А после того, как 15 апреля 1980 года Жан-Поля не стало, прикрыла окна, обращённые на кладбище Манпарнас, где упокоился Сартр, и отгородилась от мирского шума.

В 1981 году Симона де Бовуар написала свою последнюю книгу «Прощание», посвятив её Сартру, и закончила словами: «Его смерть разлучила нас. Моя смерть нас объединит».

 http://www.aif.ru/society/history/1416732

Источник: http://novopro1.ru/zhenshchiny-epokhi/406-zhenshchinoj-ne-rozhdayutsya-zachem-simona-de-bovuar-stala-feministkoj

Коротко о главном: Симона де Бовуар и «Второй пол»

Симона де Бовуар, свободная женщина

«Она думает как человек», – говорил отец Симоны де Бовуар, поощряя интеллектуальные успехи дочери.

Выдающаяся писательница, философ, общественный деятель Симона де Бовуар была представительницей старинного аристократического рода, ее отец работал секретарем-юристом, но, по некоторым сведениям, когда-то мечтал стать актером, мать же, ревностная католичка и дочь банкира, думала о том, как вырастить из двух своих дочерей добропорядочных жен. В 1917 году банк деда стал банкротом, что повело за собой разорение и семьи де Бовуар. Обучение в монастырской школе, новые жизненные реалии повлекли за собой кардинальные изменения личности юной Симоны. Искренне убежденная в своей особой роли, собирающаяся стать монашкой девушка вдруг осознает, не без своевременной помощи родителей, что ее ум и хорошее образование, а не молитвы да еще при отсутствии приданного, смогут помочь семье избавиться от постоянной нужды.

После окончания школы Симона де Бовуар с присущим ее пылкому характеру рвением начала покорять научные высоты.

Изучала математику в Католическом институте Парижа, язык и литературу в институте Сент-Мари-де-Нейи, в Парижском университете – латынь, математику и литературу, получила степень бакалавра философии в Сорбонне, став девятой женщиной, окончившей легендарный университет.

На факультете искусств Парижского университета познакомилась с Жан-Полем Сартром, одним из величайших мыслителей XX века и спутником всей ее жизни.           

Свободные отношения с Сартром

По словам Симоны де Бовуар, Сартр был ее двойником с теми же мыслями, идеями и устремлениями. После окончания университета Сартра призывают на службу в армию, позже заходит речь о распределении его как преподавателя в Гавр, ее – в Марсель.

Чтобы избежать разлуки Симона предлагает вступить в брак, но быстро отметает эту мысль: «Брак удваивает все обязанности и социальные хлопоты. Изменяя наши отношения с другими людьми, мы бы неизбежно изменили те, что существовали между нами».

Союз де Бовуар и Сартра не был даже гражданским браком в современном понимании.

Они жили раздельно, встречались в определенное время на обед или чай, вместе путешествовали, вместе делили любовников и любовниц.

Пара выдающихся европейских интеллектуалов часто следовала схеме l’amour de trois. Что интересно, роль соблазнительницы принадлежала Симоне, которая, заполучив жертву, потом делилась ею с Жан-Полем.

Сексуальные скандалы вплоть до отстранения от работы, любовник, отношения с которым длились 15 лет, – все это не противоречило, хоть иногда и задевало чувства обоих, отношениям Бовуар и Сартра. На протяжении многих десятилетий они поддерживали друг друга, вдохновляли, оставаясь безмерно преданными и откровенными, видящими друг в друге личность.

«Второй пол» – библия феминизма

Еще в студенческие годы де Бовуар знала, что станет писательницей.

Интеллектуалка с блестящим образованием и кругом общения, в который входили прогрессивные умы своего времени, Симона стала причастной к разработке доктрины гуманистического экзистенциализма и неофеминизма.

Свобода воли, свобода выбора, самоосуществления личности и ее подлинного существования – категории, с которыми работали Сартр и Бовуар.

Сопоставляя свою деятельность и отношения, Симона осознала всю чудовищную несправедливость женской судьбы, которая даже в наступившем XX веке перемен и переломов по-прежнему не шла дальше детей, кухни и церкви.

За два года де Бовуар написала труд «Второй пол» в двух томах, который до сих пор считается наиболее основательным и глубоким историко-философским исследованием о положении женщины с древнейших времен и до середины XX века (книга вышла в 1949 году).

Ее революционность заключалась в утверждении, что женщина и мужчина одинаково свободные индивидуальности, которые рознит лишь физиология, но и она не влияет на универсальное понятие свободы.

Знаменитой фразой из книги «женщиной не рождаются, женщиной становятся» де Бовуар хотела подчеркнуть, что принадлежность к определенному полу с четкой поведенческой и социальной моделью не дает женщине состоятся как человеку. «Второй пол» станет настоящим бестселлером во Франции и США.

Эта книга вдохновит целое поколение женщин на борьбу за демократические ценности свободы, равенства и братства.

Почему «Второй пол» актуален сейчас

В 1793 году на гильотине была казнена Олимпия де Гуж, автор «Декларации прав женщины и гражданки», до Первой мировой войны более 1000 суфражисток, боровшихся за женское избирательное право, а также равную с мужчинами оплату труда, находились в тюрьмах. В 1960-х годах в США некоторые высшие учебные заведения не принимали женщин.

В 1971 году во Франции 343 известные женщины подписали Манифест, составленный Симоной де Бовуар, который требовал признать право женщины на аборт. Ежегодно в стране из-за последствий подпольных операций умирало около 5000 женщин. В Португалии женщины получили право голоса на выборах в 1974 году.

В 2016 году голливудские актрисы-звезды сделали заявления, что в оплате даже их труда существует гендерное неравенство.

Именно потому, что сотни тысяч женщин в наши дни продолжают подчиняться деспотизму устаревшего патриархального общества, которое загоняет в рамки, ограничивает свободу самовыражения и развития, «Второй пол» Симоны де Бовуар должен быть мастридом, основой, которая поможет понять происходящие в мире события и ответить на вопрос, почему феминизм вновь на первых полосах. 

Источник: http://thedevochki.com/2017/02/20/korotko-o-glavnom-simona-de-bovuar-i-vtoroy-pol/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.